БОЕВЫЕ ИСКУССТВА И ФОРМИРОВАНИЕ МОРАЛЬНЫХ
КАЧЕСТВ ЧЕЛОВЕКА

Мораль – нравственные нормы поведения, отношений

с людьми, а также сама нравственность.

С.И.Ожегов «Словарь русского языка»

Любая человеческая личность обладает индивидуальными чертами и качествами – интеллектуальными, нравственными, эмоциональными, волевыми, которые формируются под воздействием окружающей среды в целом, а также в процессе семейной, трудовой, общественной, культурной жизнедеятельности человека. Поэтому личность человека можно рассматривать и как совокупность только ему присущих черт, и как проявление в этих чертах определенных общественных отношений, элементов общественной морали, свойственных данному обществу на данном историческом отрезке времени. Каждой исторической эпохе соответствовали свои положительные и отрицательные образы, либо наделенные, либо обделенные чертами, соответствующими устоявшимся нормам и правилам, а, следовательно, либо служащими примерами в поведении, либо оказывающими негативное воздействие на сознание людей. Нормы жизни и поведения тоже менялись с течением времени, и иногда то, что в одном историческом отрезке считалось вершиной добродетели, в другом превращалось в порождение зла. За примерами далеко ходить не надо. Многие ученые-подвижники средневековья, выдвинувшие научные идеи и сделавшие открытия, которые в современном мире сочли бы за выдающиеся достижения человеческой мысли, взошли на костер инквизиции, проклинаемые и унижаемые как еретики и отступники. Творцы гениальных произведений искусства умирали в безвестности и нищете, не понятые и отвергнутые современниками, чтобы через десятки, а то и сотни лет, их шедеврам поклонялись миллионы. Сословие блестящих воинов, гордых и неприступных самураев в Японии, в одночасье, после реставрации Мэйдзи*, превратилось в касту бесправных, униженных служак, не имеющих права носить оружие и проявлять себя на поле брани. Однако некоторые черты человеческой личности не претерпевали изменений в веках и всегда имели четкую и недвусмысленную характеристику. Это храбрость и стойкость, мужество и отвага, верность и честность, с одной стороны, хитрость и коварство, лень и глупость, трусость и подлость, с другой. Этими и некоторыми другими чертами наделялись исторические образы, которые в памяти человечества навсегда останутся образчиками положительной или отрицательной человеческой сути и всегда будут оказывать то или иное воздействие на формирование морали данного общества и его представителей. Это образы Прометея и Робин Гуда, Данко и Тимура, русского богатыря, японского самурая и европейского рыцаря, но также и образы Герострата и Гобсека, фашиствующего молодчика и скучающего нигилиста. Какие черты и качества личности будут превалировать в морали общества, с кого будут брать пример его представители, особенно молодое поколение – это проблема самого общества, его институтов, уровня его развития и отношения к своей истории и традициям.

Кстати о самураях. История возникновения и развития японских боевых искусств, являющимися наиболее популярными в настоящее время как на Западе, так и у нас в России, неразрывно связана со становлением и процветанием этого воинствующего сословия средневековой Японии. Слово «самурай» происходит от японского глагола «сабурахи», что в буквальном переводе означает «служить великому человеку». Именно это слово стало привычным для европейцев. Но иероглиф, означающие слово «самурай» можно читать иначе – «буси», или воин, то есть человек, профессионально занимающийся воинскими искусствами. Однако, самураев объединяла не только принадлежность к воинской среде, но и особая идеология жизни, предъявляющая жесткие требования к их поведению и служащая основой их моральных качеств, к которым, в первую очередь, можно отнести преданность своему господину, верность слову, презрение к смерти, усердие и скромность. Эти и многие другие качества личности самурая, особенно те, которые определяли уровень его профессиональной подготовки, как например, твердость и хладнокровие, терпеливость и выносливость, решительность и находчивость выковывались путем длительного и упорного психофизического треннинга, который начинался в раннем возрасте и продолжался в течение всей жизни. Совокупность этих моральных и психофизических качеств и составляли облик самурая, который со временем трансформировался в устойчивый образ средневекового японского рыцаря без страха и упрека, воспетого в преданиях, мифах и сказаниях, а в дальнейшем в романах, поэмах и кинофильмах. Самурай должен был владеть целым рядом обязательных дисциплин, прежде всего фехтованием на различных видах оружия, а также искусством стрельбы из лука и борьбы без оружия. Эти самурайские воинские дисциплины значительно позднее превратились в самостоятельные виды единоборств и боевых искусств, таких как кэндо – фехтование на мечах, дзёдо – фехтование на палках, дзюдо, айкидо, каратэ-до – единоборства без оружия, а весь комплекс японских боевых искусств стал именоваться «будо». Как мы видим, в этих наименованиях присутствует слог «до», что в переводе с японского означает «путь», и хотя термин «до» стал использоваться для обозначения боевых искусств, выросших из самурайских боевых дисциплин, только с начала ХVII века, он как нельзя более точно отражает мистический характер древних самурайских воинских искусств, опирающихся на теоретические основы синтоизма, дзэн-буддизма и конфуцианства.

Понятие «путь» является основным в учении синто, да собственно «синто» и переводится как «Путь Богов» и олицетворяет собой первоначальный дух японского народа, проникнутый ощущением естественного единства со всей природой, всем, что есть в окружающем мире. Поэтому синтоизму свойственны такие нравственные категории, как искренность, скромность, уважение, верность, то есть те моральные качества, без которых человеку невозможно ощущать себя гармоничной частью природы, без которых невозможно постижение «пути», как способа этого единения. Дзэн-буддизм привнес в систему обучения самураев воинским искусствам методологию и систему воспитания, в основе которых лежали дисциплина, самосовершенствование, принципы и техника самоконтроля. Методики медитации, концентрации, внутренней централизации, распространения энергии, дыхания и т.д., разработанные в рамках этих методологий и систем, способствовали развитию и совершенствованию боевых качеств самураев. С другой стороны, именно философия дзэн-буддизма, основанное на духовном совершенствовании человека, помогла решить сложные нравственные проблемы, связанные с насильственной природой самурайской практики. И, наконец, конфуцианство предъявило воинским искусствам строгие требования морально-этического плана, вытекающие из главной доктрины этого учения – создание идеального общества и гражданина. Конфуцианство ввело в процесс обучения воинским искусствам понятие ритуала, связанные с ним этические нормы, иерархическую систему взаимоотношений между участниками обучения и вывело на передний план основную фигуру этого процесса– учителя, наставника, как главного хранителя и проводника духовного и технического наследия прошлых поколений.

Таким образом, перед нами, действительно, вырисовывается идеальный образ благородного воина, прошедшего сложнейший курс психофизической подготовки, основанный на высоких нормах философско-религиозных учений, неизменно следующего кодексу воинской чести Бусидо*, наделенного необходимыми моральными качествами. Да, именно таким этот образ вылепила за несколько веков японская культура и именно таким он вошел в сознание современных почитателей боевых искусств. И это несмотря на то, что многие хроники японского средневековья и даже романы известных японских писателей говорят, что в действительности дела обстояли не совсем так.

Многие, если не большинство, самураев были коварны и вероломны, предавали своих господ, убивали из-за угла, были откровенно жестоки. Несмотря на презрение ко лжи, вспомним известную японскую поговорку «буси ва ни гон наси» («слово самурая свято»), их собственные слова часто расходились с делом, а часто практикуемые лесть, хвастовство и хитрость оправдывались «военной» необходимостью. Что это – пробелы в воспитании, огрехи в обучении? Да нет же. Просто это подтверждение тезиса, высказанного в начале статьи. Моральные качества самураев формировались, к сожалению, не только жестким психофизическим треннингом на базисе религиозно-философских постулатов , но и под влиянием окружающей среды, тех социально-политических условий, в которых им приходилось жить. Вся история средневековой Японии – это история кровавых заговоров, коварных интриг и междуусобных войн. Тут уж не до вежливости, благородства и милосердия к побежденному противнику. Тщательно отшлифованные, проверенные временем, овеянные вековыми традициями методы обучения воинским искусствам, зачастую не давали желаемых результатов в нравственном воспитании воинов, разбиваясь о суровую действительность. Изощренному владению телом и оружием нередко сопутствовала моральная нищета и нравственная убогость. Тем не менее, образ самурая живет и уже ничто не сможет изменить его положительного облика, также как навсегда в памяти людской недостижимым идеалом останется благородный западноевропейский рыцарь, несмотря на беспощадные крестовые походы, костры инквизиции, грубость, заносчивость, а подчас беспросветное невежество большинства представителей этого древнего сословия. И, наверно, это правильно, ибо для любого поколения людей необходимы положительные образы, на которые хочется равняться, на которые хочется быть похожими, через которых всегда можно прикоснуться к родным истокам, к корням, к памяти, к хорошим и нужным традициям. А нам, людям ХХI века предстоит еще много поработать, а, прежде всего, подумать, как отделить зерна от плевел, как наиболее рационально и творчески применить многовековой восточноазиатский опыт обучения боевым искусствам к современным методикам, конечной целью которых должно стать формирование полноценной личности, устойчивой в психологическом и моральном плане, обладающей универсальной физической подготовкой и боевой техникой. Это, прежде всего, социальная задача, потому что человек владеющий грозным оружием боевых искусств и живущий в обществе, должен в полной мере сознавать меру своей ответственности перед этим обществом, обладая для этого соответствующим набором моральных качеств.

Надо сказать, что изначально в Японии, как, впрочем, и в других восточно-азиатских странах, система обучения боевым единоборствам ставила перед собой несколько другие цели, нежели это представлялось и трактовалось в западных странах. Не победу над противником, не демонстрацию силы и превосходства, а победу над самим собой, изучение, понятие и преодоление собственных пороков и слабостей хотели получить в результате от своих учеников древние наставники молодых бойцов. А сами боевые единоборства были далеки и от спорта, в нашем нынешнем понимании, и от военно-прикладных дисциплин. Это уже потом с развитием социальных отношений они нашли свое применение и в спортивных состязаниях и на полях сражений, хотя ни то ни другое не является их внутренней сущностью. Являясь по внешним атрибутам орудием агрессии и разрушения, боевые искусства на начальном этапе своего развития служили целям созидания, формирования личности человека, совершенствования его физических, психических и нравственных качеств. Правда, методы, которыми достигались эти цели, были не совсем гуманны, если не сказать жестоки. Обучение в школах боевых искусств, где ученики не только тренировались, но и жили вплоть до окончания школы, становилось для новичков в первые месяцы, а то и годы, в буквальном смысле школой выживания. И сам наставник школы и старшие ученики всячески издевались над ними, заставляли делать самую черную хозяйственную работу, били за малейшие просчеты, будили ночью, выгоняли на мороз, всеми способами показывая им насколько ничтожны они в своем нынешнем положении. Между тем, все это входило в методику обучения и преследовало две цели. Во-первых, наставнику необходимо было понять человеческую сущность каждого ученика, оценить его стойкость, силу воли, упорство, душевные качества, желание во что бы то ни стало постичь «путь», во-вторых, начальный этап должен был преобразить личность ученика и подготовить его к восприятию обучения по методике школы. А для этого все ранее нажитые привычки, знания, умения должны были быть забыты, а сам ученик должен был превратиться в этакую абсолютно чистую и пустую емкость для наполнения знаниями. Прошедшие испытания начального этапа обучения ученики, становились полноправными членами школы, а наставник начинал проявлять поистине отеческую заботу о них, являясь не только тренером по боевым единоборствам, но также и воспитателем в духовном и моральном плане. Сам процесс обучения превращался в процесс комплексного развития личности ученика с достижением в конечном счете оптимального для данного индивидуума уровня психофизического совершенства, технического мастерства и моральных качеств.

Безусловно, в современном мире трудно представить себе подобную систему обучения боевым искусствам в ее полном объеме, особенно с учетом «начального этапа», хотя и в нынешней Японии существуют додзё, где ученики не только тренируются, но и живут, выполняя все необходимые хозяйственные работы. В России такой практики нет. Ученики посещают занятия по боевым единоборствам в свободное от учебы или работы время, причем сами тренировки занимают далеко не основное время в жизни ученика. Большую часть жизни он проводит на учебе или работе, в семье, общаясь с другими людьми или посещая культурные мероприятия. И уж, конечно, бессмысленно говорить о процессе очищения сознания начинающего ученика от ненужной, с точки зрения обучения боевым искусствам, информации, и превращения личности ученика в безупречно пустой «сосуд» для получения знаний. Современный ученик – это «дитя своего века», к которому информация поступает со всех сторон, в школе, на работе, из средств массовой информации, с экранов кинотеатров и телевизоров, из книг и компьютеров. Эта информация практически ни чем и ни кем не фильтруется и остается в сознании ученика, особенно молодого поколения, такой какой она преподносится. Волей неволей он впитывает в себя сведения по всем аспектам современной жизни, от политики до социальных вопросов, от техники до культуры и спорта. А информация эта может быть разного качества. Здесь и достоверные, тщательно подобранные и проанализированные факты, здесь и откровенная ложь, подтасовка и желтая пресса. Здесь и талантливые, заставляющие думать и переживать, произведения искусства, здесь и дешевые боевики, комиксы и прочая халтура. Ничего удивительного нет в том, что к моменту начала занятиями боевыми единоборствами у ученика уже сложился определенный стереотип и в отношении боевых искусств. Хорошо, если он смотрел фильмы Акиры Куросавы, читал Эйдзи Ёсикаву, Джеймса Клавелла, методические или мемуарные произведения выдающихся мастеров боевых единоборств. А если это были только низкопробные боевики и комиксы? Вот тогда стоит повнимательнее присмотреться к такому ученику и понять, зачем он пришел в мир боевых искусств. Скорее всего, он видит и ценит в них лишь боевую составляющую, и весьма далек от понимания их истинного глубинного смысла и внутреннего содержания. Об этом я уже говорил в своей предыдущей статье (журнал «Додзё» № за 2006 г) и поэтому дальше заострять на этом внимание не буду. Вернемся к теме этой статьи. Как все же наиболее рационально и творчески использовать многовековой опыт обучения боевым искусствам с точки зрения воспитания моральных качеств ученика, и адаптировать его к современным условиям?

Отталкиваясь от этого опыта, в центр данной проблемы, мне думается, по-прежнему следует ставить два основных понятия в практике обучения дальневосточным боевым искусствам: учитель и ритуал. Эти понятия имеют такую же многовековую историю, как и сами боевые искусства. А для успешного решения вопроса адаптации к современным условиям добавим к ним понятие «Образа». Зачем? Об этом чуть позднее. Итак, учитель, ритуал и образ.

Безусловно, понятие «учитель», а, если брать шире, «учитель – ученик», являлось основным не только в мире боевых искусств, но также и во многих сферах человеческой деятельности, но, пожалуй, нигде так, как в боевых искусствах, не проявилась глубинная суть этого понятия, имеющего глубокие исторические корни, сформировавшегося на пересечении многих человеческих, философских и религиозных воззрений, так ярко и полно проявившего себя в практике передачи знаний, опыта и традиций, а также воспитания и формирования личности. Однако, с течением времени и это, казалось бы, незыблемое понятие постепенно трансформировалось и в современном мире уже длительное время представляет собой не совсем то, что представляло во времена зарождения и развития боевых искусств. В те времена понятие «учитель – ученик» выходило далеко за пределы обычных педагогических взаимоотношений и скорее напоминало отношения строгого отца и послушного сына, что полностью соответствовало патриархальной концепции восточной семьи, в которой сын полностью подчиняется своему отцу. Учитель являлся для ученика и тренером, и духовником, и моральным наставником, и был безусловным примером для подражания во всех жизненных ситуациях. Авторитет учителя был непререкаем и все его действия не подлежали обсуждению, а тем более сомнению. Учитель указывал путь, по которому ученик мог лишь следовать за ним. При этом ученику не дозволялось ни на йоту отступать от наставлений учителя: он мог воспроизводить, но не имел права улучшать. Поэтому не удивительно, что по мере роста ученика, учитель все более скупо делился с ним своим мастерством или пытался показать недостижимость вершин своего искусства, уводя его в глазах ученика в область мистических традиций. Но, несмотря на это, учитель строго и неуклонно вел своих учеников к главной цели – сформировать на основе непрерывного физического, духовного и нравственного совершенствования личность образцового гражданина. В современных системах обучения боевым искусствам такая глобальная задача перед учителем, безусловно, не ставится, да и вряд ли она может быть решена в полном объеме, тем более в тех условиях, в которых работают современные учители, а на нынешний лад, тренеры или инструкторы. Как уже было отмечено, современные ученики, в основной своей массе, видятся со своим инструктором, в лучшем случае, несколько раз в неделю на полутора-двухчасовых тренировках. Соответственно и регламент тренировок составляется, в основном, так, чтобы максимально использовать отведенное, как правило, арендованное, время для обучения учеников собственно технике боевых единоборств. Все остальное - вскользь, намеками, походя. А это «остальное» как раз и содержит в себе ту духовно-нравственную составляющую боевых искусств, развитию которой в своих учениках так много сил и времени уделяли учители в традиционных школах. Надо сказать, что и сама боевая техника передавалась от учителя к ученику через определенные устоявшиеся нормы их взаимоотношений, которые служили связующими звеньями всех элементов занятий. Вместе с тем, они же являлись неотъемлемой частью общей этики взаимоотношений, установленных в практике обучения боевым искусствам. Этические правила и предписания проявлялись в виде ритуала, раз и навсегда установленного на основе многовековых традиций и менталитета японского народа. В соответствии с ритуалом осуществлялся прием в школу, начинались и заканчивались занятия, принимались экзамены, присуждались новые степени, проводились спарринги и награждались победители. Ритуал регламентировал все стороны жизни участников обучения, наполняя особым смыслом их отношение к символике, реликвиям, форме одежды, оружию, месту проведения занятий, вырабатывая в учениках высокие моральные качества, соответствующие духовно-религиозным основам этических норм. Задачей более высокого уровня в дальнейшем становилась задача перенесения манер, полученных учеником в ходе обучения, в жизнь. Несмотря на кажущуюся заформализованность, ритуал, как хранитель и проводник нравственных законов боевых искусств, показал и продолжает показывать свою жизненную необходимость, препятствуя сведению этих искусств лишь к методам насилия. Это очень важный тезис, которым обязательно должны оперировать современные тренеры и инструкторы, проводя набор в группы и начиная обучение. В этом плане так же немаловажен тот факт, что начинающие ученики пришли заниматься именно японскими боевыми искусствами, которые, как мы уже отмечали, являются не только прикладными системами рукопашного боя, но также и самобытной и неотъемлемой частью культурно-исторического наследия Японии. А заниматься этим серьезным делом с серьезными намерениями, не зная и не понимая его истоков, истории, не следуя его традициям, философии и принципам, по крайней мере, неразумно. Безусловно, нет необходимости читать занудные лекции или проводить скучные беседы, особенно для представителей самого молодого поколения. В конце концов, они пришли в додзё двигаться, отдавать свою энергию, давать простор своим молодым силам. Но тогда занятия должны быть построены в таком стиле, чтобы ни у кого из учеников не вызывало сомнение в необходимости следовать определенному ритуалу, а главное, чтобы он не являлся простой формальностью, выполняемым с пренебрежением, без понимания его сути и значения. Это уже полностью зависит от таланта и инициативы тренера-инструктора, так же как от его рекомендаций, что почитать, что посмотреть, какой семинар по боевым единоборствам посетить. Нельзя также забывать, об этом мы уже говорили, что на моральные качества ученика серьезное влияние оказывает окружающая среда и потребляемая им информация, которые в условиях современного мира непредсказуемы и неконтролируемы. Поэтому сверхзадачей современного инструктора состоит в том, чтобы в конечном счете в личности ученика превалировали те нравственные устои, которые он получит посредством изучения и практики боевых искусств.

Конечно, опыт прошлого должен быть переосмыслен. Сегодняшний тренер-инструктор по боевым искусствам должен взять из противоречивого облика учителя японской традиционной школы только те качества, которые в нынешних условиях помогут решить современные задачи нравственного воспитания ученика. Однако, следует помнить, что этот облик формировался веками, и только бережное отношение к традициям, на основе которых этот облик формировался, может привести к нужным результатам. Вместе с тем, было бы неверным полагать, что лишь переосмысленный опыт и следование традициям, пусть даже на высоком творческом уровне, смогут в полной мере решить поставленные в настоящей статье проблемы. Не секрет, что ритуальные элементы и традиции, лежащие в основе опыта древних учителей, пусть даже насыщенные глубоким духовным и нравственным смыслом, но оторванные от своей национальной почвы, все же не могут избежать некоторой формализации и даже частичного извращения, а, следовательно, не могут служить абсолютно надежной методологией формирования высоких моральных качеств современного ученика. Да и современный учитель не может в полной мере стать примером для основной массы своих учеников, в силу того, что его личная жизнь и деятельность, не связанная с процессом обучения, как правило, не является, в силу указанных чуть выше причин, общедоступной, а, следовательно, показательной. Здесь мы вплотную приближаемся к необходимости создания образа или целой галереи образов, которые через экраны кинотеатров и телевизоров, со страниц книг и с подмостков сцен донесут до почитателей боевых искусств их истинные ценности, воплощенные в высоких духовных и моральных качествах этих образов. Этими образами должны стать наши современники, еще обучающиеся или уже овладевшие вершинами мастерства в боевых искусствах, живущие рядом с нами, почти такие же, как мы, но вызывающие острое желание быть на них похожими в силу близости и притягательности их облика. Следуя их примеру современным ученикам будет значительно проще и понятнее осваивать премудрости обучения и в техническом плане и в плане воспитания нравственных качеств. Им будет яснее видна цель и возможные результаты этого обучения. Им будут отчетливее видны возможные точки приложения своих сил и способностей, своей энергии и душевных качеств. Хочется верить, задача создания таких образов по силам нашим отечественным писателям, драматургам, сценаристам. Было бы желание.

Итак, учитель, ритуал, образ – вот те необходимые компоненты процесса обучения, которые в современном мире боевых искусств непосредственным образом должны влиять на формирования моральных качеств ученика.

___________________________________________________________________

*Реставрация Мэйдзи – в 1868 году политический переворот с целью возвращения всей полноты государственной власти императору после многовекового господства сёгуната. Уничтожил феодальные сословия и уравняла самурайские кланы в гражданских правах с другими категориями населения.

* Бусидо (яп. «Путь воина) – морально- этическое учение о нормах поведения самураев.

_________________________________________________________________

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ:
Япония от А до Я – популярная иллюстрированная энциклопедия. Изд. «Япония сегодня».2000 г.
А.А.Долин, Г.В.Попов. Кэмпо – традиция воинских искусств. Изд. «Наука». 1990 г.
А.А.Маслов. Путь воина. Секреты боевых искусств Японии. Изд. «Феникс». 2004 г.
В.Фомин, И.Линдер. Диалог о боевых искусствах востока. Изд. «Молодая гвардия».1990 г.
О.Ратти, А,Уэстбрук. Самураи. История, традиции, воинское искусство. Изд. «ЭКСМО». 2004 г.
Е.Ю.Ватолина. Духовные и практические ценности боевых искусств как средство физического воспитания. Доклад на международном симпозиуме «Духовные и практические ценности боевых искусств». Москва. 2005 г. Напечатан в журнале «Додзё» №6 за 2005 г.